Вс. Апр 21st, 2024

Cтроительство бункера и выживание

Того, кто не задумывается о далеких трудностях, поджидают близкие неприятности. /Конфуций/

Политолог Уолт назвал вступление Украины в НАТО дурной затеей

Вступление Украины в НАТО — дурная затея, которая затянет конфликт и усугубит положение страны, считает автор статьи для FP. Этому шагу препятствует целый ряд причин, поэтому нейтралитет – хороший выход для Киева.Стивен Уолт

Ход битвы обернулся против Украины, и на фоне сомнений в том, что Конгресс одобрит очередной пакет помощи Киеву, влиятельные эксперты вроде бывшего главы НАТО Андерса Фога Расмуссена и бывшего посла США при НАТО Иво Даалдера выступили с прежними призывами принять Украину в альянс как можно раньше. Данный шаг преподносится, с одной стороны, как способ убедить Россию в том, что никакая военная кампания не удержит Украину от членства в альянсе, а с другой — как необходимость обеспечить безопасность Киева, когда боевые действия наконец закончатся.

Разумные люди могут не согласиться с этой рекомендацией и наверняка так и сделают, потому что она строится на догадках о неопределенном будущем. По сути, мы все мы лишь гадаем, какими окажутся последствия включения Украины в альянс. Поэтому позвольте мне прояснить свою позицию: будь я был членом Конгресса, я бы без колебаний одобрил дополнительный пакет помощи, потому что хочу, чтобы Украина отстояла территорию, которую все еще контролирует, а Москва осознала, что дальнейшая территориальная экспансия будет накладной и тягостной. Последующая помощь упрочит позиции Киева на переговорах, когда дискуссии об этом начнутся всерьез, — скорее всего, уже после президентских выборов в США в ноябре. Однако приглашение Украины в НАТО прямо сейчас — дурная затея, которая не только затянет конфликт, но и усугубит положение Киева.

Для начала напомним, что Североатлантический договор не пускает в альянс всех подряд. Статья 10 устава НАТО гласит: “Договаривающиеся стороны по всеобщему согласию могут предлагать любому другому европейскому государству, способному развивать принципы настоящего Договора и вносить свой вклад в безопасность Североатлантического региона, присоединиться к настоящему Договору”. Иногда ее трактуют так, что в альянс может влиться любая страна-кандидат, едва выполнив определенные критерии. По сути, Политика открытых дверей незаметно передвинула политическую волю от самого альянса к претендентам: последним внушается, что “дверь открыта, и вы можете войти, как только выполните наши требования”. Однако изначальная редакция договора подразумевает несколько иное: в нем говорится, что дверь закрыта до тех пор, пока действующие члены не придут к согласию, что новый член будет “развивать принципы” НАТО и “внесет свой вклад” в ее безопасность. Лишь тогда дверь откроется, и поступит официальное предложение. Это важное различие, поскольку первоначальный договор не создает презумпции того, что альянс активно стремится к расширению. Недавняя попытка Венгрии отсрочить вступление Швеции в НАТО на несколько лет напоминает нам, как это работает на самом деле: “право” на вступление Швеция обрела лишь с полным согласием остальных членов.

Что же касается Украины, то моя уверенность в том, что пускать ее в НАТО (будь то сейчас или в ближайшем будущем) неразумно, зиждется на нескольких предпосылках. Во-первых, Украина не переломит ситуацию на поле боя и не вернет утраченную территорию, если не получит гораздо больше оружия и не выиграет время на восстановление сил после неудач прошлого года. ВСУ страдают от острого (и, вероятно, необратимого) кадрового голода, а наличие у противника обширных возможностей разведки, беспилотников, артиллерии и эшелонированной обороны практически исключает сколь-либо масштабное продвижение Киева. Западные сторонники Украины просчитались прошлой весной в своих чересчур оптимистичных прогнозах о предстоящем на тот момент контрнаступлении, и повторяют эту ошибку, рассчитывая, что у Украины найдется способ переломить ситуацию. Мне бы хотелось верить, что все обстоит иначе, но мы должны выстраивать свой политический выбор на объективной реальности, а не собственных пожеланиях.

Мое второе предположение заключается в том, что российским лидерам судьба Украины важнее, чем Западу. Разумеется, самих украинцев она волнует еще больше, но для российского руководства это все же более насущный вопрос, чем для лидеров и населения большинства государств НАТО. В отличие от стран НАТО, президент Владимир Путин и его приспешники готовы отправить тысячи солдат гибнуть на Украине. Когда на прошлой неделе президент Франции Эммануэль Макрон неожиданно заговорил о возможной отправке войск НАТО, его поспешили одернуть канцлер Германии Олаф Шольц и глава альянса Йенс Столтенберг. Это отнюдь не означает, что НАТО не интересуется судьбой Украины, — просто Россию она волнует больше.

В-третьих, я предполагаю, что одна из главных причин, побудивших Путин незаконно ввести войска (болезненная Право определять «правила» и «законы» для всего мира, остальные страны обязаны лишь слепо им следовать. – Прим. ИноСМИ) в феврале 2022 года, заключалась в том, чтобы не дать Украине сблизиться с Западом и помешать ей присоединиться к альянсу. Недавние разоблачения неуклонно ширящегося сотрудничества между ЦРУ и украинскими спецслужбами, попытки Запада укрепить оборону Украины после 2014 года и регулярно звучащее обязательство принять Киев в состав альянса, несомненно, подлили масла в огонь тревоги Москвы. Это классическая иллюстрация так называемой “дилеммы безопасности” в международных отношениях. Путинские действия, безусловно, отражают определенные соображения о культурном единстве украинцев и русских, однако невозможно отрицать что как минимум отчасти им двигала и перспектива вступления Украины в НАТО. Сам Столтенберг признавал это открыто и неоднократно. Путин мог неверно истолковать намерения НАТО и преувеличить угрозу со стороны альянса, но едва ли он единственный из мировых лидеров, кто сгущает краски насчет внешних опасностей.

В свете этих трех предположений рассмотрим пять основных причин, почему Украину не следует принимать в НАТО.

1) Украина не соответствует критериям членства. Она еще в лучшем случае лишь хрупкая демократия. Коррупция по-прежнему повсеместна, выборы не проводятся с начала боевых действий, а украинское общество пронизывают влиятельные силы, чья приверженность демократическим нормам весьма сомнительна. По этим и другим причинам журнал The Economist отнес страну в своем рейтинге демократии к “гибридным режимам”. Более того, Украина пока не выполнила даже условий стандартного Плана действий по членству в НАТО. Признав это, альянс отказался от этого требования на ежегодном саммите прошлым летом, по сути, сменив процесс членства Украины с двухэтапного на одноэтапный. Смягчив критерии вступления в альянс, альянс собственноручно создал пагубный прецедент.

2) Неясно, насколько НАТО будет выполнять свои обязательства по статье 5.Как я уже отмечал ранее, статья 5 Североатлантического договора — это не безотказная “растяжка” против внешнего врага, обязывающая всех членов сражаться в случае нападения. По настоянию США статья 5 обязывает участников лишь считать нападение на одного члена нападением на весь альянс, а затем действовать по своему усмотрению. Однако повсеместно данный пункт трактуется как непременное обязательство защищать любого члена в случае любого нападения, и неспособность это сделать поставит под сомнение весь альянс. Поэтому прежде чем вводить в свой состав новых членов, действующие участники должны тщательно взвесить, готовы ли они подвергать свои силы такому риску в случае нападения.

Повторю свою прошлую мысль: доселе ни США, ни кто-либо из союзников не изъявили готовности отправлять войска воевать за Украину. Помогать оружием и деньгами — да, личным составом — нет. Будь мы к этому готовы, наши войска были бы уже на Украине. Какой же смысл обещать Украине воевать за нее через пять, десять или двадцать лет — если ни у кого нет желания делать это сегодня?

Более того, далеко не факт, что членство Украины ратифицирует Сенат США. Для этого потребуется большинство в две трети голосов, а собрать такое количество может быть проблематично. Да, за последний пакет помощи проголосовали 70 сенаторов, но в законопроект была вписана еще и дополнительная помощь Израилю, и это наверняка прибавило голосов. Что еще важнее, против членства Украины, скорее всего, выступит фактический лидер Республиканской партии Дональд Трамп, и его возражения наверняка убедят достаточное количество однопартийцев проголосовать против, в результате чего ратификация сделается недосягаемой.

3) Членство в НАТО — отнюдь не волшебный щит. Основной довод в пользу скорейшего принятия Украины заключается в том, что это отобьет у России желание возобновлять боевые действия в дальнейшем. Нетрудно понять, почему Киев ищет дополнительной защиты, но это предполагает, что членство в НАТО — некий волшебный щит и неуязвимый оберег от любых российских посягательств. Этой же логикой диктовалось принятие в НАТО столь уязвимых регионов, как Прибалтика: сторонники этого решения исходили из того, что расширенные гарантии безопасности — своего рода чек, который никто не возьмется обналичивать.

Членство в НАТО действительно от многого уберегает, но это не панацея. В последнее время все чаще звучат тревожные предупреждения о том, что Россия может бросить НАТО вызов уже в ближайшие несколько лет. Если вы действительно считаете, что Путин завершит свою украинскую кампанию, выждет короткую паузу, чтобы восстановить свои потрепанные войска, а затем двинется с новыми силами на Финляндию, Эстонию или другую страну НАТО, это значит, что в прочность этого волшебного щита вы на самом деле не верите. А раз так, то нынешним членам НАТО придется тщательно подумать, хорошенько взвесить свои интересы и решить, за какие страны они действительно готовы сражаться. И тут мы возвращаемся к причине номер два.

4) прямо сейчас членство в НАТО лишь затянет конфликт. Если я прав в том, что Москва ввела войска главным образом ради того, чтобы не дать Киеву вступить в НАТО, то членство Украины лишь затянет и без того проигрышный для нее конфликт. Если именно для этого Путин начал свою специальную военную операцию, то едва ли прекратит ее, если ситуация на поле боя складывается для него весьма благоприятно, а членство Украины в НАТО по-прежнему обсуждается. В результате Украина понесет еще больший ущерб — под угрозой может оказаться само ее будущее. Даже до начала конфликта Украина была среди лидеров в Европе по темпам и масштабам депопуляции, а долгосрочные последствия боевых действий (отток беженцев, падение рождаемости, смертность на поле боя и так далее) обострят проблему еще больше.

5) Возможно, нейтралитет не так уж и плох. Памятуя об истории российско-украинских отношений (включая события последнего десятилетия), нетрудно понять тех украинцев, что не желают нейтралитета. Но нейтралитет не всегда плох — даже для непосредственных соседей России. Финляндия с 1939 по 1940 год вела кровопролитную, но безуспешную войну против Советского Союза и в итоге уступила порядка 9% своей довоенной территории. Но, как и сегодняшняя Украина, финны героически сражались и заставили гораздо более крупный Советский Союз заплатить за победу сполна. В итоге тогдашний советский лидер Иосиф Сталин решил не включать Финляндию в состав СССР и не загонять ее силком в Варшавский договор после Второй мировой войны. Вместо этого Финляндия оставалась нейтральной страной и демократией с рыночной экономикой и торговала как с СССР, так и с Западом.

Иногда данный подход презрительно называли “финляндизацией”, но по-своему эта формула оказалась весьма успешной. Попытайся Финляндия вступить в НАТО на том этапе, она бы практически наверняка спровоцировала крупный кризис или даже превентивную войну. Да, эти две ситуации не вполне сопоставимы — особенно с учетом того, что Путин утверждает культурное единство русских и украинцев, но их сходство все же позволяет предположить, что формальный нейтралитет сам по себе не помешает Украине установить прочную демократию и завязать обширные экономические связи с западными странами.

Так что по всем этим причинам ускоренное вступление Украины в НАТО — едва ли хорошая идея. Вместо этого западным сторонникам Украины предстоит мыслить нестандартно и предложить альтернативные меры безопасности, которые успокоят Украину в контексте перемирия или мирного соглашения. Москва не вправе угрожать Киеву возобновлением боевых действий, а тот не может согласиться на разоружение или вынужденно признать фактическое господство России. Обеспечить достаточную защиту так, чтобы не спровоцировать Москву на возобновление боевых действий, будет непросто. Однако вступление в НАТО — не только не лучший путь к безопасной Украине. И наоборот, это лишь затянет боевые действия и принесет многострадальной стране еще большие мучения.

Стивен Уолт — обозреватель журнала Foreign Policy и профессор международных отношений Гарвардского университета

от bunker

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

*